Женщина, родившаяся в войну

Любовь, это драгоценность, это знают, те, кто её ищет. Любовь, это иллюзия, это знают те, кто её находят. Любовь, это истина, это знают те, кто не могут её найти. Любовь, это то, что внутри нас, это внутренний орган, который совсем не изучен и совсем не лечится. Это знают те, кто уже понимают, что они ничего не знают.

Прелестная Полина

В этой тьме, если долго упрашивать, бабушка Поля время от времени зажигала одни и те же три звезды: её отец Мойше был парикмахером; когда пришли немцы, её забрали в гестапо; и она очень красиво пела.

Моня (продолжение)

Моня стоял в калитке в старых разбитых туфлях, в семейных трусах яркой и сложной расцветки -- на них, этих трусах , как на гобелене из Байё, всегда много чего происходило: зайчики гоняли в мяч, плыли кораблики, бежали облака, росли цветочки и летали воздушные шарики, --стоял с домашней цигарочкой в зубах.

Страшно везучий Моня

После госпиталя Моню отправили в танковое училище, откуда он вышел лейтенантом. Так в тогда еще не гвардейской танковой армии Богданова появился новенький командир танка: маленький, метр пятьдесят шесть, белокурый, светлоглазый, гонористый и горластый, своевольный и бесстрашный Моня, Моня Якубсфельд.

Песня о маме

Оно того стоило. Тысячу раз стоило. Каждый шанс, который я упустила, каждая песня, которую не спела, каждая сцена, на которую не вышла. Тысячу раз оно того стоило: одним летним днем петь "А идише маме" вместе с маленькими детками, соратниками по старшей группе детского сада моей старшей дочери. Учительница, готовясь к празднику, посвященному мамам, попросила меня... Читать далее →

Новогодние Приключения Гоши и Сени.

Вот интересно, почему всегда тебя просят быть человеком именно тогда, когда тебе предлагают то, от чего любой нормальный человек отказался бы.

Агата на мосту

Истинная любовь никогда не проходит. Она может перестать быть путеводной звездой, она может даже угаснуть, но она всегда остаётся преломленным лучом света в переферии зрения того, кто любил.

Праздник, который всегда.

Тётя Люба была знаменита не только своим тортом, вернее, совсем не им. Она была обладательницей могучего, совершенно исключительного по своим размерам и для меня, тогда еще только начинавшей приобретать девичьи формы, довольно таки устрашающего бюста.

Нежность

И однажды, ноябрьскими сумерками на берегу реки с чужеземным названием, вдруг произойдёт странная вещь: ты будешь точно помнить как ты любила всех этих людей, но неожиданно поймешь, что не можешь с точностью вспомнить как они любили тебя. Тебе это покажется странным, и ты пойдешь вдоль реки, вслед за серыми и холодными, как сталь волнами, и не сразу поймешь, что это не странно, это страшно – страшно задавать себе вопрос, любили ли тебя.

Где мой театр?

Воскресный вечер, пригород Парижа; над калитками свисает лиловыми гроздьями глициния, блестит от недавнего дождя асфальт дороги, на углу ветер треплет серебристые ветви платана. В протестантской церкви концерт еврейского хора.

Ваш собственный блог на WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

<span>%d</span> такие блоггеры, как: